Божии дела не нам разбирать! Попущена была советская безбожная власть. Вот, мы всё претерпевали. Уполномоченные свирепствовали! Не давали свободно как следует ни крестить, ни венчать. Придут крестить ребёнка кум, кума, отец, мать – все с паспортами чтобы. А паспорта-то надо заносить в книгу. Кто он, откуда, полный адрес. А потом коммунисты приходили, проверяли, кто крестил, и их потом таскали, с работы выгоняли за это. Вот такое гонение терпели. Это было до праздника Тысячелетия Крещения Руси. Тогда Тысячелетие Крещения Руси – был такой праздник. Всех нас собрали в Казань. Всех священников, всех сотрудников церковных, много народу собрали. И вот после этого праздника отменили всё. Всех уполномоченных сняли и дали свободу.
6306
0
Подробнее
Священнослужители
Протоиерей Сергий Маратканов
Понятно, что для нас посещение храма было в большей степени развлечением, но никогда не вызывало каких-то трудностей то, что надо вставать рано, идти. Наоборот, это было здорово. Запомнился такой момент на Свинцовом, это микрорайон был, там был ещё один храм, не очень большой, и вот там Шестопсалмие читал слепой. Вечер, солнце заходит, его выводили на середину храма, и он по памяти читал Шестопсалмие так, что просто все замирали буквально, слушая его. Крестные ходы бывали. Много чего запомнилось с того времени, много очень светлых воспоминаний.
737
0
Подробнее
Миряне
Пархоменко Анастасия Борисовна
В моём детстве у нас был старенький батюшка отец Владимир. Мы его очень любили, мне казалось, что он похож на святителя Николая. Мне и сейчас так кажется, когда я смотрю на его фотографию. Он был учителем, происходил из дворянского рода, закончил педагогический. Кстати, школа, в которой я училась, находилась в его доме. Его большой дом стал большой школой, а конюшня – маленькой школой. Вот мы учились в маленькой школе. У него отобрали поместье и дали маленький домик, который он переоборудовал в храм. Мы этого батюшку очень-очень любили. Он был духовник наш, я помню, что мама по любым вопросам к нему ходила, он ей давал советы. Мама нас воспитывала одна, без папы, папа рано умер. С большой благодарностью мы к батюшке относились. Первая моя исповедь была именно у него. Когда я была маленькая, думала, что батюшки всё время только в храме находятся. Священник был как ещё одна икона. Он всё время стоит перед престолом в алтаре.
317
0
Подробнее
Монашество
Монахиня Лаврентия (Богомолова)
Я в монашестве только два года, а в Церкви я с 1951 года. В декабре мне будет 90 лет. В Церковь я пришла, ничего не зная, ничего не умея, но желание было, одно желание – быть в Церкви, петь.
У меня умер отец в 1951 году, можно сказать, смерть отца привела меня к Церкви. Я впервые пришла с мамой в Кочаковскую церковь. Знаете Кочаковскую церковь? Ясная поляна-то где. Ну вот мы с мамой пришли, отец умер, и мама говорит: «Пойдём, дочь, помянем отца». Это было воскресенье, это никогда не забыть. Я когда пришла, я впервые услышала церковное пение. До этого я очень любила музыку, очень, очень, когда училась в школе. А музыкальных предметов никаких не было. Единственное – это круглая тарелка висела на стене, а передачи были замечательные, был театр у микрофона, были оперетты, были оперы. Я очень любила светскую музыку, а церковную никогда не слышала. Но когда я с мамой пришла и услышали церковное пение в Кочаковском храме… Я оборачиваюсь к ней и говорю: «Мам можно я ещё раз приду, мне так понравилось пение!» Она плачет и говорит: «Да, конечно». Вот я до сего времени и хожу.
463
0
Подробнее
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.