1940
1990
Память Церкви
Целью проекта Учебного комитета Русской Православной Церкви "Память Церкви. Беседы со свидетелями жизни Церкви в советскую эпоху" является сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе.
Воспоминания
Священнослужители
Протоиерей Александр Мякинин
В прежние времена в советское время была видимая граница между миром Церкви и внешним миром. Сразу было понятно, кто наш, кто не наш, а кто «от супостат наших». Кто чужой, а кто свой. Я вспоминаю такой эпизод, когда мы в Абхазию приехали с семинаристами в домик, в котором останавливались монахи из Троице-Сергиевой лавры. Там жил один заштатный диакон. Об этом пишет, кстати, владыка Тихон (Шевкунов) в «Несвятых святых». Мы приехали на Пасхальной седмице, нам дали адрес, мы постучались в ворота. Нам открыла матушка этого диакона. Мы сказали: «Христос Воскресе!» Она ответила: «Воистину Воскресе!» и тут же посадила нас за стол. Никаких вопросов к нам не было, потому что ей сразу было понятно, что это свои люди. Если человек носил крест, значит он был верующим человеком. Неверующий крестов не носил. Даже какие-то самые простые слова в кратком общении давали понять, что это наш человек.
Сегодня эти границы размыты. Сегодня, вроде бы, все верующие. Вроде бы, никто не против. Но насколько эти люди являются убежденными христианами? Большой вопрос. И ты смотришь на чиновников, на представителей интеллигенции, руководителей светского образования, которые всячески внешне проявляют свою симпатию, расположение к Церкви и как будто по умолчанию, несомненно, являются нашими людьми. Но эти люди в храм не ходят, не причащаются, не исповедаются. Они не с нами вместе. И хочется спросить: «Веруешь ли ты в Сына Божия?» А сегодня такой вопрос как-то даже неудобно задавать. Вроде бы, по умолчанию все верующие.
881
0
Подробнее
Миряне
Карпюк Надежда Сергеевна
Годы шли, добросовестное отношение к работе на протяжении многих лет изменило отношение начальства. Им стали давать путёвки в дома отдыха. После войны, в 1947 году, ссылка закончилась, их освободили, и они уехали в Ростовскую область. Там они поселились в шахтёрском посёлке Артём. Папа работал шахтёром. На все праздники родители ходили в храм. Папа пел на клиросе, читал «Апостол», я с ним любила ходить в церковь и тоже пела на клиросе. Первого священника, которого я помню, звали отец Спиридон, в монашестве – отец Ювеналий, будущий митрополит Курский и Рыльский.
210
0
Подробнее
Миряне
Курносов Юрий Васильевич
Анализируя свою судьбу и советское время, я скажу, что, конечно, простые люди были против закрытия храмов. Ну кому они мешали? Зачем надо было делать какие-то склады в храмах, в монастырях? И, конечно, репрессии в отношении верующих. Но в то же время в храме, где служил отец Варсонофий, 300 лет была служба, 300 лет, не переставая! Даже немцы не дошли, там в двадцати километрах линия фронта по Владимирской области проходила – не дошли. И в 1930-х годах тоже комсомольцы не добрались. Один из самых богатых храмов по иконам. Конечно, там нужны деньги на реставрацию, и мы помогали, насколько могли, храму.
560
0
Подробнее
Миряне
Кузнецова Галина Васильевна
Утром молитвы общей не было, потому что мама уходила в три-четыре часа утра на работу, папа в шесть уходил, мы ещё спали. В школу вставали после шести-семи, просто Серафимовскую молитву прочитали и пошли. Семейные молитвы были всегда вечером, после ужина. Перед ужином было редко, все приходят уставшие, хотят кушать, а вот после ужина все отдохнут и встают на молитву. Особо почитали род наш почивший, родителей и папиных, и маминых, потом уже почитались братья, сёстры. Накануне памятного дня дома мы все вставали и всегда читали канон за единоумершего. Надо было отдавать дань памяти своим почившим родственникам. Это была общая семейная молитва.
300
0
Подробнее
В прежние времена в советское время была видимая граница между миром Церкви и внешним миром. Сразу было понятно, кто наш, кто не наш, а кто «от супостат наших». Кто чужой, а кто свой. Я вспоминаю такой эпизод, когда мы в Абхазию приехали с семинаристами в домик, в котором останавливались монахи из Троице-Сергиевой лавры. Там жил один заштатный диакон. Об этом пишет, кстати, владыка Тихон (Шевкунов) в «Несвятых святых». Мы приехали на Пасхальной седмице, нам дали адрес, мы постучались в ворота. Нам открыла матушка этого диакона. Мы сказали: «Христос Воскресе!» Она ответила: «Воистину Воскресе!» и тут же посадила нас за стол. Никаких вопросов к нам не было, потому что ей сразу было понятно, что это свои люди. Если человек носил крест, значит он был верующим человеком. Неверующий крестов не носил. Даже какие-то самые простые слова в кратком общении давали понять, что это наш человек.
Сегодня эти границы размыты. Сегодня, вроде бы, все верующие. Вроде бы, никто не против. Но насколько эти люди являются убежденными христианами? Большой вопрос. И ты смотришь на чиновников, на представителей интеллигенции, руководителей светского образования, которые всячески внешне проявляют свою симпатию, расположение к Церкви и как будто по умолчанию, несомненно, являются нашими людьми. Но эти люди в храм не ходят, не причащаются, не исповедаются. Они не с нами вместе. И хочется спросить: «Веруешь ли ты в Сына Божия?» А сегодня такой вопрос как-то даже неудобно задавать. Вроде бы, по умолчанию все верующие.
881
0
Подробнее
Миряне
Карпюк Надежда Сергеевна
Годы шли, добросовестное отношение к работе на протяжении многих лет изменило отношение начальства. Им стали давать путёвки в дома отдыха. После войны, в 1947 году, ссылка закончилась, их освободили, и они уехали в Ростовскую область. Там они поселились в шахтёрском посёлке Артём. Папа работал шахтёром. На все праздники родители ходили в храм. Папа пел на клиросе, читал «Апостол», я с ним любила ходить в церковь и тоже пела на клиросе. Первого священника, которого я помню, звали отец Спиридон, в монашестве – отец Ювеналий, будущий митрополит Курский и Рыльский.
210
0
Подробнее
Миряне
Курносов Юрий Васильевич
Анализируя свою судьбу и советское время, я скажу, что, конечно, простые люди были против закрытия храмов. Ну кому они мешали? Зачем надо было делать какие-то склады в храмах, в монастырях? И, конечно, репрессии в отношении верующих. Но в то же время в храме, где служил отец Варсонофий, 300 лет была служба, 300 лет, не переставая! Даже немцы не дошли, там в двадцати километрах линия фронта по Владимирской области проходила – не дошли. И в 1930-х годах тоже комсомольцы не добрались. Один из самых богатых храмов по иконам. Конечно, там нужны деньги на реставрацию, и мы помогали, насколько могли, храму.
560
0
Подробнее
Миряне
Кузнецова Галина Васильевна
Утром молитвы общей не было, потому что мама уходила в три-четыре часа утра на работу, папа в шесть уходил, мы ещё спали. В школу вставали после шести-семи, просто Серафимовскую молитву прочитали и пошли. Семейные молитвы были всегда вечером, после ужина. Перед ужином было редко, все приходят уставшие, хотят кушать, а вот после ужина все отдохнут и встают на молитву. Особо почитали род наш почивший, родителей и папиных, и маминых, потом уже почитались братья, сёстры. Накануне памятного дня дома мы все вставали и всегда читали канон за единоумершего. Надо было отдавать дань памяти своим почившим родственникам. Это была общая семейная молитва.
300
0
Подробнее
Фото
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.
Видео
Пасха в СССР, 1986
Фрагменты служб в храме пророка Илии в Обыденском переулке (1970-е -- начало 1980-х гг)
Монастырская жизнь в Советском Союзе ／ Монашество на Руси ХХ в. 1985 г．
Празднование 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви． 1948 год． СССР