1940
1990
Память Церкви
Целью проекта Учебного комитета Русской Православной Церкви "Память Церкви. Беседы со свидетелями жизни Церкви в советскую эпоху" является сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе.
Воспоминания
Священнослужители
Протоиерей Александр Мякинин
В прежние времена в советское время была видимая граница между миром Церкви и внешним миром. Сразу было понятно, кто наш, кто не наш, а кто «от супостат наших». Кто чужой, а кто свой. Я вспоминаю такой эпизод, когда мы в Абхазию приехали с семинаристами в домик, в котором останавливались монахи из Троице-Сергиевой лавры. Там жил один заштатный диакон. Об этом пишет, кстати, владыка Тихон (Шевкунов) в «Несвятых святых». Мы приехали на Пасхальной седмице, нам дали адрес, мы постучались в ворота. Нам открыла матушка этого диакона. Мы сказали: «Христос Воскресе!» Она ответила: «Воистину Воскресе!» и тут же посадила нас за стол. Никаких вопросов к нам не было, потому что ей сразу было понятно, что это свои люди. Если человек носил крест, значит он был верующим человеком. Неверующий крестов не носил. Даже какие-то самые простые слова в кратком общении давали понять, что это наш человек.
Сегодня эти границы размыты. Сегодня, вроде бы, все верующие. Вроде бы, никто не против. Но насколько эти люди являются убежденными христианами? Большой вопрос. И ты смотришь на чиновников, на представителей интеллигенции, руководителей светского образования, которые всячески внешне проявляют свою симпатию, расположение к Церкви и как будто по умолчанию, несомненно, являются нашими людьми. Но эти люди в храм не ходят, не причащаются, не исповедаются. Они не с нами вместе. И хочется спросить: «Веруешь ли ты в Сына Божия?» А сегодня такой вопрос как-то даже неудобно задавать. Вроде бы, по умолчанию все верующие.
1030
0
Подробнее
Миряне
Шальнева Валентина Ивановна
Да, конечно. Моя свекровь рассказывала мне, что уполномоченный вызывал отца Иоанна, и она с ним ездила. И он его взял за грудки и начал трясти, а она этого уполномоченного взяла и оттолкнула. И сказала: «Ты что его трясёшь? У него шесть человек детей! А ты его как преступника трясёшь!» И вот она защищала отца Иоанна. Он был такой ревностный! Он болел сильно. Его священник пришёл причащать и сказал: «Если выздоровеешь, пойдёшь в церковь?» Он сказал: «Пойду». И вот поэтому он пришёл в церковь, стал служить. Он такой ревностный был, он ничего не боялся. Ему говорили: «Почему у тебя крещений и венчаний очень много идёт?! Что ты так много крестишь и венчаешь?!» Тогда было всё под запретом. Вызывали его, а он не боялся ничего. Вот он такой был.
336
0
Подробнее
Миряне
Сидякина Нина Николаевна
А перед этим я видела такой странный сон: вокруг меня огромные чёрные собаки, и они все лают на меня. А я рукой их укрощаю. И вот когда они сошлись все, я вспомнила этот сон, думаю: «Ну вот, точь-в-точь вот эти чёрные огромные собаки!» И стали мне вопросы задавать. А на меня, почему-то такое спокойствие напало. Отвечаю им спокойно только «да» или «нет», и кроме этих слов ничего им не говорила. А они из себя выходили, они не знали, что со мной делать. Я перед ними такая худенькая, маленькая девчушка больная. Секретарь говорит: «Ты что же, и в Бога веришь?» Я говорю: «Да». – «И молишься?» Я говорю: «Да, молюсь». И они начали меня уговаривать отказаться от веры, предлагать мне помощь, говорили: «Мы тебя устроим, куда ты хочешь». А они все знали, что я очень хотела стать врачом, что я хотела поступить в мединститут. И они говорят: «Мы тебя устроим в мединститут, будешь учиться». Соблазнительно, да? Но я говорю: «Вы знаете, я не могу отказаться». И они мне говорят: «Ну тогда теперь нет никаких тебе ни дорог, ни путей. Как хочешь, так и живи».
344
0
Подробнее
Миряне
Комсюкова Наталья Максимовна
Уже в моей взрослой жизни, в 1960-х годах, в Новокузнецке я стала ходить в храм Николая Чудотворца на Форштадте. С 1962 г. я проработала до выхода на пенсию на шахте «Зыряновская» газозамерщицей. Я всегда исповедовала веру открыто, никто меня за это не ругал. Традиции, с которыми я познакомилась в детстве, я продолжила и в своей взрослой жизни. К большим церковным праздникам готовимся всей роднёй вместе и празднуем вместе.
У меня сохранились тетради, в которые я переписывала молитвы, когда ещё не было возможностей приобрести молитвослов. Со временем по мере возможностей приобретала и религиозную литературу, и иконы для своей семьи. У меня сейчас большая домашняя библиотека.
234
0
Подробнее
В прежние времена в советское время была видимая граница между миром Церкви и внешним миром. Сразу было понятно, кто наш, кто не наш, а кто «от супостат наших». Кто чужой, а кто свой. Я вспоминаю такой эпизод, когда мы в Абхазию приехали с семинаристами в домик, в котором останавливались монахи из Троице-Сергиевой лавры. Там жил один заштатный диакон. Об этом пишет, кстати, владыка Тихон (Шевкунов) в «Несвятых святых». Мы приехали на Пасхальной седмице, нам дали адрес, мы постучались в ворота. Нам открыла матушка этого диакона. Мы сказали: «Христос Воскресе!» Она ответила: «Воистину Воскресе!» и тут же посадила нас за стол. Никаких вопросов к нам не было, потому что ей сразу было понятно, что это свои люди. Если человек носил крест, значит он был верующим человеком. Неверующий крестов не носил. Даже какие-то самые простые слова в кратком общении давали понять, что это наш человек.
Сегодня эти границы размыты. Сегодня, вроде бы, все верующие. Вроде бы, никто не против. Но насколько эти люди являются убежденными христианами? Большой вопрос. И ты смотришь на чиновников, на представителей интеллигенции, руководителей светского образования, которые всячески внешне проявляют свою симпатию, расположение к Церкви и как будто по умолчанию, несомненно, являются нашими людьми. Но эти люди в храм не ходят, не причащаются, не исповедаются. Они не с нами вместе. И хочется спросить: «Веруешь ли ты в Сына Божия?» А сегодня такой вопрос как-то даже неудобно задавать. Вроде бы, по умолчанию все верующие.
1030
0
Подробнее
Миряне
Шальнева Валентина Ивановна
Да, конечно. Моя свекровь рассказывала мне, что уполномоченный вызывал отца Иоанна, и она с ним ездила. И он его взял за грудки и начал трясти, а она этого уполномоченного взяла и оттолкнула. И сказала: «Ты что его трясёшь? У него шесть человек детей! А ты его как преступника трясёшь!» И вот она защищала отца Иоанна. Он был такой ревностный! Он болел сильно. Его священник пришёл причащать и сказал: «Если выздоровеешь, пойдёшь в церковь?» Он сказал: «Пойду». И вот поэтому он пришёл в церковь, стал служить. Он такой ревностный был, он ничего не боялся. Ему говорили: «Почему у тебя крещений и венчаний очень много идёт?! Что ты так много крестишь и венчаешь?!» Тогда было всё под запретом. Вызывали его, а он не боялся ничего. Вот он такой был.
336
0
Подробнее
Миряне
Сидякина Нина Николаевна
А перед этим я видела такой странный сон: вокруг меня огромные чёрные собаки, и они все лают на меня. А я рукой их укрощаю. И вот когда они сошлись все, я вспомнила этот сон, думаю: «Ну вот, точь-в-точь вот эти чёрные огромные собаки!» И стали мне вопросы задавать. А на меня, почему-то такое спокойствие напало. Отвечаю им спокойно только «да» или «нет», и кроме этих слов ничего им не говорила. А они из себя выходили, они не знали, что со мной делать. Я перед ними такая худенькая, маленькая девчушка больная. Секретарь говорит: «Ты что же, и в Бога веришь?» Я говорю: «Да». – «И молишься?» Я говорю: «Да, молюсь». И они начали меня уговаривать отказаться от веры, предлагать мне помощь, говорили: «Мы тебя устроим, куда ты хочешь». А они все знали, что я очень хотела стать врачом, что я хотела поступить в мединститут. И они говорят: «Мы тебя устроим в мединститут, будешь учиться». Соблазнительно, да? Но я говорю: «Вы знаете, я не могу отказаться». И они мне говорят: «Ну тогда теперь нет никаких тебе ни дорог, ни путей. Как хочешь, так и живи».
344
0
Подробнее
Миряне
Комсюкова Наталья Максимовна
Уже в моей взрослой жизни, в 1960-х годах, в Новокузнецке я стала ходить в храм Николая Чудотворца на Форштадте. С 1962 г. я проработала до выхода на пенсию на шахте «Зыряновская» газозамерщицей. Я всегда исповедовала веру открыто, никто меня за это не ругал. Традиции, с которыми я познакомилась в детстве, я продолжила и в своей взрослой жизни. К большим церковным праздникам готовимся всей роднёй вместе и празднуем вместе.
У меня сохранились тетради, в которые я переписывала молитвы, когда ещё не было возможностей приобрести молитвослов. Со временем по мере возможностей приобретала и религиозную литературу, и иконы для своей семьи. У меня сейчас большая домашняя библиотека.
234
0
Подробнее
Фото
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.
Видео
Пасха в СССР, 1986
Фрагменты служб в храме пророка Илии в Обыденском переулке (1970-е -- начало 1980-х гг)
Монастырская жизнь в Советском Союзе ／ Монашество на Руси ХХ в. 1985 г．
Празднование 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви． 1948 год． СССР